К годовщине Царской Голгофы 1-2
БЛАГОПОЛУЧНАЯ ИМПЕРИЯ ИЗ РУК СИЛЬНОГО, ДЕРЖАВНОГО?
Все хвалебные труды об успехах России при Николае II разбиваются, – даже в монархическом общественном мнении, – одним аргументом: получил-де сильную благополучную Империю из рук «сильного, державного» Александра Третьего, и довёл до революции.
Между тем, совершенно очевидно, что, начиная с последствий Крымско-мировой войны, и уж во всяком случае с реформ Александра Второго, благополучной и спокойной Российская Империя не была.
Эти бушующие волны были подморожены Александром Третьим и Победоносцевым, но никаких новых защитных сооружений, типа, например, Комитета Госбезопасности Российской Империи, и обязательного введения в Свод Законов аналога 58-й статьи, расширительно толкующей измену Царю и Родине, возведено не было.
И при первой же оттепели, которой являлось, например, восшествие на престол нового императора с обязательной амнистией, волны этого океана мирового зла вновь стали захлестывать России.
При этом молодого Императора никто не удосужился ввести в курс дела. Да что там! Ему даже генерала не присвоили. Отец и дед в его возрасте уже не один год гвардейскими дивизиями командовали и гвардейских генералов цукали, а Николай – батальоном руководил.
Единственный Цесаревич, которому в 16 лет ‒ в совершеннолетие ‒ отказали в выдачи причитающегося ему жалования в 300 тыс. руб./год (примерно 600 млн на сегодня) – сказали Высочайше, что будет по-прежнему жить за счет родителей. Мы, мол, не бедные, ‒ прокормим. Это лишило его возможности, ‒ какую имели до него все остальные цесаревичи, ‒ создать собственный двор, и сколотить собственную команду единомышленников. Одним из следствий сего прискорбного факта, стал тот, что в Феврале 1917 в высших сферах не было кому за него вступиться.
О секретной военной конвенции с Францией, погубившей в конечном счете Россию, Николай узнал после смерти отца от Гирса – министра иностранных дел. И т. д. и т. п.
И все это в ситуации, когда соответствующими силами уже лет десять как готовилась мировая война для погубления христианских монархий.
И самое потрясающее, что Николай почти успел спасти Россию и пал в результате измены, «латентного цареубийства», как я назвал это в ФАНТОМЕ ФЕВРАЛЯ.
И, конечно, никакого «отречения» в помине не было. Достаточно сказать, что мы знаем об этом, либо из уст предателей, либо лиц, относившихся к нему предвзято, независимо от степени близости.
То есть, по «критерию Цусимы» ‒ «критерию верности», у нас просто нет ни одного достойного доверия свидетельства о том, что происходило в Ставке, да и не только в ней, вплоть до дня, когда арестованный предателями Государь был привезён в Царское Село. И практически лишен возможности любых контактов.
Так называемые «документы об отречении» ‒ очевидные филькины грамоты, что сейчас вынуждены признать даже сторонники «отречения». Но главное, «отречение» никак не сочетается с присущей Государю, ‒ по словам адмирала Тирпица, – «чисто русской силы пассивного сопротивления». Я применил бы несколько иной термин, но суть понятна.
ПОДГОТОВКА ЦЕСАРЕВИЧА НИКОЛАЯ К ПРЕСТОЛУ.
Само собой разумеется, что как любой русский Царевич, и тем более наследник Престола, Царевич Николай получил лучшее из возможных в России образование. Оно включало полный гимназический курс, курс Университета ‒ по крайней мере по двум факультетам, и курс Академии Генерального Штаба. Всё это так. Цесаревича воспитывали как подобает наследному принцу великой Империи. Учебная подготовка Николая не уступала подготовке отца и деда, а в чем-то может и превосходила. Но в общей подготовке были и некоторые различия.
Различия эти станут нам известны с рассмотрения послужных списков Цесаревичей: Александра Николаевича – Императора Александра II, Александра Александровича – Императора Александра III, и Николая Александровича – Императора Николая II.
Послужной список Александра II. Военные чины: Корнет гвардии (17/29 апреля 1825) – 7 лет; подпоручик гвардии «за успехи в науках, оказанные на экзамене в присутствии Их Величеств» (7/19 января 1827) – 9 лет; поручик гвардии «за отличие по службе» (1/13 июля 1830) – 12 лет; штабс-ротмистр гвардии «за успехи в науках, оказанные на экзамене в присутствии Их Величеств» (13/25 мая 1831) – 13 лет; Полковник (10/22 ноября 1834) – 16 лет [на лагерных сборах лет 1836 года командовал Лейб-Гвардии Гусарским полком]; Генерал-майор Свиты (6/18 декабря 1836) – 18 лет; Генерал-лейтенант Свиты «за отличие по службе»(6/18/декабря 1840) – 22 года [начиная с 1842 года – с возраста 24 лет ‒ «исполнял обязанности императора» во время всех отъездов отца по России или заграницу; в 1844 году назначен командиром всей гвардейской пехоты]; генерал от инфантерии (17/29 апреля 1847) – 29 лет; Генерал-фельдмаршал «по просьбе армии» (30 апреля/12 мая 1878) – 60 лет. Свитские звания: Флигель-адъютант (17/29 апреля 1834) – 16 лет; Генерал-адъютант (17/29 апреля 1843) – 25 лет.
Послужной список Александра III. Военные чины: прапорщик (26 февраля/9 марта 1852) – 7 лет; подпоручик (26 февраля/10 марта 1853) – 8 лет; поручик (24 декабря 1855/5 января 1856) – 10 лет; штабс-капитан (26 февраля/10 марта 1859) – 14 лет; капитан (26 февраля/10 марта 1862) – 17 лет; Полковник (6/18 сентября 1863) – 18 лет; принял присягу, вступил на действит. службу (20 июля 1865) – 20 лет; Генерал-майор (30 августа/11 сентября 1865) – 20 лет; Свиты ЕИВ генерал-майор (30 августа/11 сентября) 1865) – 20 лет; Генерал-лейтенант (24 сентября/6 октября 1868) – 23 года; 23 февраля 1870 г. приказом по войскам Гвардии и Петербургского Военного округа с соизволения Государя Императора назначен командовать 1-ой Гвардейской пехотной дивизией– 24 (25) лет; Генерал от инфантерии (30 августа/11 сентября 1874) – 29 лет; Генерал от кавалерии (30 августа/11 сентября 1874) – 29 лет; с соизволения Государя Императора назначен командиром Гвардейского корпуса – 29 лет. Свитские звания: Флигель-адъютант (30 августа/11 сентября 1862) – 17 лет; Генерал-адъютант (17/29 апреля 1868) – 23 года; во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов командовал Восточным (Рущукским) отрядом Дунайской армии, в его состав входили 12-й и 13-й корпуса. – 32-33 года; в 1880 году был назначен командующим войсками гвардии и Петербургского военного округа.
Послужной список Николая II. Военные чины: прапорщик гвардии (Выс. пр. 6/18 декабря 1875) – 7 лет; подпоручик гвардии (Выс. пр. 6/18 мая 1880) – 12 лет; принял присягу, вступил на действит. службу (Выс. пр. 6/18 мая 1884) – 16 лет; поручик гвардии (Выс. пр. 30 августа/11 сентября 1884) – 16 лет; штабс-капитан гвардии (Выс. пр. 30 августа/11 сентября 1887) – 19 лет; капитан гвардии (Выс. пр. 21 апреля/3 мая 1891) – 23 года; Полковник (Выс. пр. 6/18 августа 1892) – 24 года; Адмирал британского флота (28 мая/10 июня 1908) – 40 лет; Фельдмаршал английской армии (18/31 декабря 1915) – 47 лет. Свитские звания: Флигель-адъютант (Выс. пр. 6/18 мая 1889) – 21 год.
Как видим, Александр II стал полковником в 16 лет, генерал-майором в 18 лет, имея уже опыт командования полком; генерал-лейтенантом в 22 года, в 26 лет командовал всей Гвардейской пехотой. С 24 лет замещал отца во всех государственных делах при отъездах того из Петербурга.
Александр III стал генерал-майором в 20 лет, в тот же день стал Свиты ЕИВ генерал-майором, генерал-лейтенант – в 23 года; был назначен командовать 1-ой Гвардейской пехотной дивизией в 25 лет.
Николай II в 16 лет стал всего лишь капитаном Гвардии, а полковником в 24 года. В 26 лет ‒ командир 1-го батальона Преображенского полка, которым его дед Александр II командовал в 17 или в 18 лет.
НЕПОНЯТНО ПОЧЕМУ… Даже беглое сравнение послужных списков не может не вызвать недоумение. Послужные списки Александров, Второго и Третьего – за периоды их пребывания в Цесаревичах, – буквально неотличимы друг от друга. В качестве очередных презентов к Дням Рождения (по преимуществу) оба исправно получали чины и звания с минимальными временными промежутками. Оба в 16-18 лет становились флигель-адъютантами и полковниками, причем Александр III стал полковником в 18 лет, еще даже не будучи Цесаревичем и не приняв воинской присяги, то есть, не будучи даже на действительной службе. В 23 года оба были генерал-лейтенантами и генерал-адъютантами, и в 25 лет командовали гвардейскими дивизиями.
Как хорошо известно любому военному и просто близкому к армейским кругам человеку, в кругах этих, больше ума и прочих способностей ценится ширина погон, наличие генеральских зигзагов, а также величина и количество на погонах звезд, орлов или гербов.
И в этом смысле, и Александр II и Александр III, еще до вступления на Престол соответствовали высшим стандартам: оба были полными генералами от инфантерии, а Александр III еще генералом от кавалерии.
Совершенно иначе по сравнению с послужными списками деда и отца выглядит послужной список Цесаревича Николая. Одинаково выглядит только получение им чина прапорщика Гвардии в семь лет. Далее срока получения им чинов и званий растягивается как резина. И в годы, когда отец и дед командовали дивизиями, и даже просто по служебной необходимости привыкали «ставить во фронт» гвардейских генералов, – Николай остается только комбатом.
А ВЕДЬ ПРЕЦЕДЕНТЫ БЫВАЛИ. Как профессионального военного, в глубине души Государя не могло не угнетать «свое вечное полковничество», а природная скромность (а возможно и уязвленное самолюбие), помноженные на неписанную традицию, что Император сам себе не должен присваивать званий, не позволили ему положить на плечи генеральские погоны, даже будучи реальным Главкомом Армии с сентября 1915 года.
Хотя на самом деле прецеденты присвоения действующими императорами очередных военных званий очень даже бывали. Самым очевидным примером является создатель Империи Петр Великий, – последовательно, но неуклонно проходящий ступени воинского служения, а в быту даже пытавшийся жить на жалование, соответствующее звании и должности.
Но перед глазами Николая были и более близкие примеры.
Так, дедушка Александр II после Русско-Турецкой войны, где он все же как никак пребывал не так далеко от мест проведения боевых действий, счёл возможным намекнуть «где и кому надо», что неплохо бы ему стать фельдмаршалом, чтобы уравняться с младшим братом – Главкомом прошедшей войны, Великим Князем Николаем Николаевичем-старшим.
«Кому надо» вняли, и «по просьбе Армии» Александр II возложил на себя фельдмаршальские погоны и заказал фельдмаршальский жезл. Правда, после того, как Милютин, или кто-то еще намекнул Государю Императору, что получение им фельдмаршальского звания может быть не так воспринято «в народе», о громогласном объявлении о своем фельдмаршальстве отказался. Но фельдмаршальские погоны на генеральский мундир все же пришил и ходил только с ними. Об этом радостном событии он писал и Княгине Юрьевской. Так что были прецеденты, были.
ИЗ ВСЕХ РУССКИХ ЦАРЕЙ… Говоря же ретроспективно, если какой-либо из Русских Царей, кроме Петра ‒ победителя в Шведской войне, и Александра I ‒ победителя самого Наполеона, и достоин был фельдмаршальских эполет, то это несомненно Николай II.
Именно под его руководством Российская Империя пришла к фактической победе в Великой войне к марту 1917 года. О чём свидетельствует Уинстон Черчилль всем известными ныне словами:
К марту 1917 года «режим, который в Нём воплощался, которым Он руководил, которому своими личными свойствами Он придавал живительную искру ‒ к этому моменту выиграл войну для России» [ChurchillW.S. TheWorldCrisis 1914-1918. Vol. 1. – N-Y. 1927, pp. 227-229]. И там же: «Еще 1-го марта Царь был на своем троне, Российская Империя и Русская Армия держались, фронт был тверд, и победа несомненна...». Единственно, что следовало бы добавить в эту весьма отчетливую оценку ‒ «режим, который в Нём воплощался, которым Он руководил, – и Армия, Главнокомандующим которой Он был, – к марту 1917 года выиграли войну для России».
О роли Императора Николая II как Главкома мне неоднократно доводилось говорить в других работах,начиная с первой «подпольной» статьи 1972 года, но видно придется еще.
А предусмотреть «латентное цареубийство» в Ставке и на станции Дно, Николай II действительно не мог. Как известно, кинжал Брута не предусмотрел даже Цезарь.
Так что не только Британским фельдмаршалом достоин был быть наш последний святой Император, но в первую очередь – фельдмаршалом Российской Империи.
Меня до сих пор поражает вопрос: как и почему такие умные, образованные и отмеченные Божией благодатью люди, как наши Государи раз и навсегда не решили вопрос воинского звания, вступившего на Престол Императора, например, следующим образом. Ввести два внеклассных чина – на один выше и фельдмаршала, и генерал-адмирала. Назвать их скажем фельдмаршал Российской Империи и Генерал-Адмирал Российской Империи.
И автоматически, по закону присваивать их очередному, вступившему на Престол Императору, независимо от предыдущего звания и возраста. Причём, никакой из подданных ни за какие военные заслуги, указанные чины получить не мог бы и всегда был бы на ступеньку ниже. И отличающийся от всех прочих знак на погонах, типа ‒ двуглавый орел в терновом венце. Очень бы соответствовало. И ширина Императорских погон быстро внушила бы всем армейским и гвардейским генералам, что и как военным им до Царя далеко.
Прежде всего такая мысль обязана была прийти бы в голову Августейшему отцу Николая II – Императору Александру III. Не скоропостижно же в конце концов скончался он в Ливадии в октябре 1894 года! О чем он думал, оставляя сына «вечным полковником»?
На самом деле, уже крушение в Борках, – если отвлечься от технических деталей в виде качества рельс и шпал, пассажирского и грузового локомотивов не так прицепленных к царскому поезду, нарушения скоростного режима и даже возможной диверсии, – было грозным Божиим предупреждением Императору Александру III, что жизнь может закончиться внезапно, а значит Наследнику следует обеспечить максимально оптимальное введение в процесс управления Империи.
Как старался, скажем, для самого Александра III его собственный отец Александр II, когда волею судьбы Царевич Александр Александрович стал Цесаревичем в 1865 году после смерти любимого брата Николая Александровича, в память которого сам Александр III назвал своего первенца. Но нет. Выводов похоже сделано не было.
Продолжение здесь https://shabdua.livejournal.com/7381640.html.
Между тем, совершенно очевидно, что, начиная с последствий Крымско-мировой войны, и уж во всяком случае с реформ Александра Второго, благополучной и спокойной Российская Империя не была.
Да, были декабристы и всякие петрашевцы, но всё же в экстремальных ситуациях, как война 1812 года, утонченные аристократы, как Денис Давыдов, надевали на крестьянские армяки образа, и «сим побеждали» любого супостата.
Между тем, европейски-ориентированные реформы Александра Второго, с их судом присяжных, готовым оправдать террористку Веру Засулич под аплодисменты Канцлера Империи Горчакова, и прочие, сломали, взорвали этот вал, затопив остров Русь потоком чуждой идеологии от либерастной до марксистской.
Между тем, европейски-ориентированные реформы Александра Второго, с их судом присяжных, готовым оправдать террористку Веру Засулич под аплодисменты Канцлера Империи Горчакова, и прочие, сломали, взорвали этот вал, затопив остров Русь потоком чуждой идеологии от либерастной до марксистской.
Эти бушующие волны были подморожены Александром Третьим и Победоносцевым, но никаких новых защитных сооружений, типа, например, Комитета Госбезопасности Российской Империи, и обязательного введения в Свод Законов аналога 58-й статьи, расширительно толкующей измену Царю и Родине, возведено не было.
И при первой же оттепели, которой являлось, например, восшествие на престол нового императора с обязательной амнистией, волны этого океана мирового зла вновь стали захлестывать России.
При этом молодого Императора никто не удосужился ввести в курс дела. Да что там! Ему даже генерала не присвоили. Отец и дед в его возрасте уже не один год гвардейскими дивизиями командовали и гвардейских генералов цукали, а Николай – батальоном руководил.
Единственный Цесаревич, которому в 16 лет ‒ в совершеннолетие ‒ отказали в выдачи причитающегося ему жалования в 300 тыс. руб./год (примерно 600 млн на сегодня) – сказали Высочайше, что будет по-прежнему жить за счет родителей. Мы, мол, не бедные, ‒ прокормим. Это лишило его возможности, ‒ какую имели до него все остальные цесаревичи, ‒ создать собственный двор, и сколотить собственную команду единомышленников. Одним из следствий сего прискорбного факта, стал тот, что в Феврале 1917 в высших сферах не было кому за него вступиться.
О секретной военной конвенции с Францией, погубившей в конечном счете Россию, Николай узнал после смерти отца от Гирса – министра иностранных дел. И т. д. и т. п.
И все это в ситуации, когда соответствующими силами уже лет десять как готовилась мировая война для погубления христианских монархий.
И самое потрясающее, что Николай почти успел спасти Россию и пал в результате измены, «латентного цареубийства», как я назвал это в ФАНТОМЕ ФЕВРАЛЯ.
И, конечно, никакого «отречения» в помине не было. Достаточно сказать, что мы знаем об этом, либо из уст предателей, либо лиц, относившихся к нему предвзято, независимо от степени близости.
То есть, по «критерию Цусимы» ‒ «критерию верности», у нас просто нет ни одного достойного доверия свидетельства о том, что происходило в Ставке, да и не только в ней, вплоть до дня, когда арестованный предателями Государь был привезён в Царское Село. И практически лишен возможности любых контактов.
Так называемые «документы об отречении» ‒ очевидные филькины грамоты, что сейчас вынуждены признать даже сторонники «отречения». Но главное, «отречение» никак не сочетается с присущей Государю, ‒ по словам адмирала Тирпица, – «чисто русской силы пассивного сопротивления». Я применил бы несколько иной термин, но суть понятна.
ПОДГОТОВКА ЦЕСАРЕВИЧА НИКОЛАЯ К ПРЕСТОЛУ.
Само собой разумеется, что как любой русский Царевич, и тем более наследник Престола, Царевич Николай получил лучшее из возможных в России образование. Оно включало полный гимназический курс, курс Университета ‒ по крайней мере по двум факультетам, и курс Академии Генерального Штаба. Всё это так. Цесаревича воспитывали как подобает наследному принцу великой Империи. Учебная подготовка Николая не уступала подготовке отца и деда, а в чем-то может и превосходила. Но в общей подготовке были и некоторые различия.
Различия эти станут нам известны с рассмотрения послужных списков Цесаревичей: Александра Николаевича – Императора Александра II, Александра Александровича – Императора Александра III, и Николая Александровича – Императора Николая II.
Послужной список Александра II. Военные чины: Корнет гвардии (17/29 апреля 1825) – 7 лет; подпоручик гвардии «за успехи в науках, оказанные на экзамене в присутствии Их Величеств» (7/19 января 1827) – 9 лет; поручик гвардии «за отличие по службе» (1/13 июля 1830) – 12 лет; штабс-ротмистр гвардии «за успехи в науках, оказанные на экзамене в присутствии Их Величеств» (13/25 мая 1831) – 13 лет; Полковник (10/22 ноября 1834) – 16 лет [на лагерных сборах лет 1836 года командовал Лейб-Гвардии Гусарским полком]; Генерал-майор Свиты (6/18 декабря 1836) – 18 лет; Генерал-лейтенант Свиты «за отличие по службе»(6/18/декабря 1840) – 22 года [начиная с 1842 года – с возраста 24 лет ‒ «исполнял обязанности императора» во время всех отъездов отца по России или заграницу; в 1844 году назначен командиром всей гвардейской пехоты]; генерал от инфантерии (17/29 апреля 1847) – 29 лет; Генерал-фельдмаршал «по просьбе армии» (30 апреля/12 мая 1878) – 60 лет. Свитские звания: Флигель-адъютант (17/29 апреля 1834) – 16 лет; Генерал-адъютант (17/29 апреля 1843) – 25 лет.
Послужной список Александра III. Военные чины: прапорщик (26 февраля/9 марта 1852) – 7 лет; подпоручик (26 февраля/10 марта 1853) – 8 лет; поручик (24 декабря 1855/5 января 1856) – 10 лет; штабс-капитан (26 февраля/10 марта 1859) – 14 лет; капитан (26 февраля/10 марта 1862) – 17 лет; Полковник (6/18 сентября 1863) – 18 лет; принял присягу, вступил на действит. службу (20 июля 1865) – 20 лет; Генерал-майор (30 августа/11 сентября 1865) – 20 лет; Свиты ЕИВ генерал-майор (30 августа/11 сентября) 1865) – 20 лет; Генерал-лейтенант (24 сентября/6 октября 1868) – 23 года; 23 февраля 1870 г. приказом по войскам Гвардии и Петербургского Военного округа с соизволения Государя Императора назначен командовать 1-ой Гвардейской пехотной дивизией– 24 (25) лет; Генерал от инфантерии (30 августа/11 сентября 1874) – 29 лет; Генерал от кавалерии (30 августа/11 сентября 1874) – 29 лет; с соизволения Государя Императора назначен командиром Гвардейского корпуса – 29 лет. Свитские звания: Флигель-адъютант (30 августа/11 сентября 1862) – 17 лет; Генерал-адъютант (17/29 апреля 1868) – 23 года; во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов командовал Восточным (Рущукским) отрядом Дунайской армии, в его состав входили 12-й и 13-й корпуса. – 32-33 года; в 1880 году был назначен командующим войсками гвардии и Петербургского военного округа.
Послужной список Николая II. Военные чины: прапорщик гвардии (Выс. пр. 6/18 декабря 1875) – 7 лет; подпоручик гвардии (Выс. пр. 6/18 мая 1880) – 12 лет; принял присягу, вступил на действит. службу (Выс. пр. 6/18 мая 1884) – 16 лет; поручик гвардии (Выс. пр. 30 августа/11 сентября 1884) – 16 лет; штабс-капитан гвардии (Выс. пр. 30 августа/11 сентября 1887) – 19 лет; капитан гвардии (Выс. пр. 21 апреля/3 мая 1891) – 23 года; Полковник (Выс. пр. 6/18 августа 1892) – 24 года; Адмирал британского флота (28 мая/10 июня 1908) – 40 лет; Фельдмаршал английской армии (18/31 декабря 1915) – 47 лет. Свитские звания: Флигель-адъютант (Выс. пр. 6/18 мая 1889) – 21 год.
Как видим, Александр II стал полковником в 16 лет, генерал-майором в 18 лет, имея уже опыт командования полком; генерал-лейтенантом в 22 года, в 26 лет командовал всей Гвардейской пехотой. С 24 лет замещал отца во всех государственных делах при отъездах того из Петербурга.
Александр III стал генерал-майором в 20 лет, в тот же день стал Свиты ЕИВ генерал-майором, генерал-лейтенант – в 23 года; был назначен командовать 1-ой Гвардейской пехотной дивизией в 25 лет.
Николай II в 16 лет стал всего лишь капитаном Гвардии, а полковником в 24 года. В 26 лет ‒ командир 1-го батальона Преображенского полка, которым его дед Александр II командовал в 17 или в 18 лет.
НЕПОНЯТНО ПОЧЕМУ… Даже беглое сравнение послужных списков не может не вызвать недоумение. Послужные списки Александров, Второго и Третьего – за периоды их пребывания в Цесаревичах, – буквально неотличимы друг от друга. В качестве очередных презентов к Дням Рождения (по преимуществу) оба исправно получали чины и звания с минимальными временными промежутками. Оба в 16-18 лет становились флигель-адъютантами и полковниками, причем Александр III стал полковником в 18 лет, еще даже не будучи Цесаревичем и не приняв воинской присяги, то есть, не будучи даже на действительной службе. В 23 года оба были генерал-лейтенантами и генерал-адъютантами, и в 25 лет командовали гвардейскими дивизиями.
Как хорошо известно любому военному и просто близкому к армейским кругам человеку, в кругах этих, больше ума и прочих способностей ценится ширина погон, наличие генеральских зигзагов, а также величина и количество на погонах звезд, орлов или гербов.
И в этом смысле, и Александр II и Александр III, еще до вступления на Престол соответствовали высшим стандартам: оба были полными генералами от инфантерии, а Александр III еще генералом от кавалерии.
Совершенно иначе по сравнению с послужными списками деда и отца выглядит послужной список Цесаревича Николая. Одинаково выглядит только получение им чина прапорщика Гвардии в семь лет. Далее срока получения им чинов и званий растягивается как резина. И в годы, когда отец и дед командовали дивизиями, и даже просто по служебной необходимости привыкали «ставить во фронт» гвардейских генералов, – Николай остается только комбатом.
А ВЕДЬ ПРЕЦЕДЕНТЫ БЫВАЛИ. Как профессионального военного, в глубине души Государя не могло не угнетать «свое вечное полковничество», а природная скромность (а возможно и уязвленное самолюбие), помноженные на неписанную традицию, что Император сам себе не должен присваивать званий, не позволили ему положить на плечи генеральские погоны, даже будучи реальным Главкомом Армии с сентября 1915 года.
Хотя на самом деле прецеденты присвоения действующими императорами очередных военных званий очень даже бывали. Самым очевидным примером является создатель Империи Петр Великий, – последовательно, но неуклонно проходящий ступени воинского служения, а в быту даже пытавшийся жить на жалование, соответствующее звании и должности.
Но перед глазами Николая были и более близкие примеры.
Так, дедушка Александр II после Русско-Турецкой войны, где он все же как никак пребывал не так далеко от мест проведения боевых действий, счёл возможным намекнуть «где и кому надо», что неплохо бы ему стать фельдмаршалом, чтобы уравняться с младшим братом – Главкомом прошедшей войны, Великим Князем Николаем Николаевичем-старшим.
«Кому надо» вняли, и «по просьбе Армии» Александр II возложил на себя фельдмаршальские погоны и заказал фельдмаршальский жезл. Правда, после того, как Милютин, или кто-то еще намекнул Государю Императору, что получение им фельдмаршальского звания может быть не так воспринято «в народе», о громогласном объявлении о своем фельдмаршальстве отказался. Но фельдмаршальские погоны на генеральский мундир все же пришил и ходил только с ними. Об этом радостном событии он писал и Княгине Юрьевской. Так что были прецеденты, были.
ИЗ ВСЕХ РУССКИХ ЦАРЕЙ… Говоря же ретроспективно, если какой-либо из Русских Царей, кроме Петра ‒ победителя в Шведской войне, и Александра I ‒ победителя самого Наполеона, и достоин был фельдмаршальских эполет, то это несомненно Николай II.
Именно под его руководством Российская Империя пришла к фактической победе в Великой войне к марту 1917 года. О чём свидетельствует Уинстон Черчилль всем известными ныне словами:
К марту 1917 года «режим, который в Нём воплощался, которым Он руководил, которому своими личными свойствами Он придавал живительную искру ‒ к этому моменту выиграл войну для России» [ChurchillW.S. TheWorldCrisis 1914-1918. Vol. 1. – N-Y. 1927, pp. 227-229]. И там же: «Еще 1-го марта Царь был на своем троне, Российская Империя и Русская Армия держались, фронт был тверд, и победа несомненна...». Единственно, что следовало бы добавить в эту весьма отчетливую оценку ‒ «режим, который в Нём воплощался, которым Он руководил, – и Армия, Главнокомандующим которой Он был, – к марту 1917 года выиграли войну для России».
О роли Императора Николая II как Главкома мне неоднократно доводилось говорить в других работах,начиная с первой «подпольной» статьи 1972 года, но видно придется еще.
А предусмотреть «латентное цареубийство» в Ставке и на станции Дно, Николай II действительно не мог. Как известно, кинжал Брута не предусмотрел даже Цезарь.
Так что не только Британским фельдмаршалом достоин был быть наш последний святой Император, но в первую очередь – фельдмаршалом Российской Империи.
Меня до сих пор поражает вопрос: как и почему такие умные, образованные и отмеченные Божией благодатью люди, как наши Государи раз и навсегда не решили вопрос воинского звания, вступившего на Престол Императора, например, следующим образом. Ввести два внеклассных чина – на один выше и фельдмаршала, и генерал-адмирала. Назвать их скажем фельдмаршал Российской Империи и Генерал-Адмирал Российской Империи.
И автоматически, по закону присваивать их очередному, вступившему на Престол Императору, независимо от предыдущего звания и возраста. Причём, никакой из подданных ни за какие военные заслуги, указанные чины получить не мог бы и всегда был бы на ступеньку ниже. И отличающийся от всех прочих знак на погонах, типа ‒ двуглавый орел в терновом венце. Очень бы соответствовало. И ширина Императорских погон быстро внушила бы всем армейским и гвардейским генералам, что и как военным им до Царя далеко.
Прежде всего такая мысль обязана была прийти бы в голову Августейшему отцу Николая II – Императору Александру III. Не скоропостижно же в конце концов скончался он в Ливадии в октябре 1894 года! О чем он думал, оставляя сына «вечным полковником»?
На самом деле, уже крушение в Борках, – если отвлечься от технических деталей в виде качества рельс и шпал, пассажирского и грузового локомотивов не так прицепленных к царскому поезду, нарушения скоростного режима и даже возможной диверсии, – было грозным Божиим предупреждением Императору Александру III, что жизнь может закончиться внезапно, а значит Наследнику следует обеспечить максимально оптимальное введение в процесс управления Империи.
Как старался, скажем, для самого Александра III его собственный отец Александр II, когда волею судьбы Царевич Александр Александрович стал Цесаревичем в 1865 году после смерти любимого брата Николая Александровича, в память которого сам Александр III назвал своего первенца. Но нет. Выводов похоже сделано не было.
Продолжение здесь https://shabdua.livejournal.com/7381640.html